Как избавиться от «курьезов» в биомедицине?

Российские открытия в области медицины так и остаются на уровне открытий. «Биомедицина в России развивается курьезно», — прозвучало на днях нарасширенном заседании комиссии Общественной палаты РФ по контролю зареформой и модернизацией системы здравоохранения и демографии.

Наповестке: «Инновационный аспект здравоохранения» — состояние иперспективы медицинских инноваций, законодательство, оборотинтеллектуальной собственности и развитие науки в области биомедицины.

Круто. Неужели и правда эти глобальные проблемы могут сдвинуться смертвой точки? Но почему-то показалось, что многое из выдвинутых здесьпредложений я уже слышала, и не раз, в прошлом веке на похожихсобраниях. Во всяком случае, о биомедицине и биомедицинской этике уже вте годы написаны книги. Да и многие «возрастные» участники дискуссиибыли тоже из прошлой советской жизни. Что неудивительно. В России, и этобыло подчеркнуто на заседании уважаемой комиссии, недостатка в открытияхникогда не было. Только вот гении российской науки и умельцы-одиночкивсегда были не в чести в собственной стране. А потому патенты наоткрытия охотно у нас скупали японцы, американцы и продвинутыеевропейские производители.

Вспомнить хотя бы инсулин. Наше открытие. Или до боли знакомые намсегодня стволовые клетки — тоже были открыты в России еще в 60-х годахпрошлого века, о чем с горечью на заседании говорил декан факультетафундаментальной медицины МГУ им. М.В.Ломоносова, академик РАН и РАМНВсеволод Ткачук. Более того, он считает, что вообще-то и биомедицина какнаука начиналась в нашей стране. Но если на Западе она давно ужеприменима на практике, в нашей стране даже закона такого нет. Хотя,например, клеточная терапия уже давно используется на практике и в нашейстране. Естественно, незаконно.

Да много ли чего нет в нашей стране, если говорить о биомедицине, закоторой, бесспорно, будущее. Нет не только нормативной базыиспользования в лечении новых биопродуктов, нет биоэкспертизы клеток,недостаточно доклинических и практически нет клинических исследований.Нет экспертизы используемой в лечении новой продукции против того жерака. Нет готовых специалистов-практиков. Нет даже государственныхзаказов на такие исследования и практическое применение. А как сказалпредседатель комиссии ОП Николай Дайхес, без господдержки, безгосзадания, без проработанного менеджмента эти проблемы не решить.

Хотя наработки в этой области в России, конечно, есть, и немалые. Но всеразрозненно. Нужна инвентаризация не только научных открытий в областибиомедицины, но и учет самих коллективов, лабораторий, отдельных ученых,которые занимаются этим в нашей стране, о чем говорили собравшиеся. ВНовосибирске, например, нашли уникальный способ избавления от рака спомощью… раковых клеток мышей. Если это так, то случившееся можетпретендовать на мировое открытие. Но кому об этом известно?

Такие же проблемы остро стоят и в генной инженерии, и в регенерационноймедицине (восстановление утраченных органов и тканей), мало даже научныхпубликаций на все эти темы, не отработан путь прохождения научной идеиот лаборатории до внедрения новинок в производство, в лечебную практику.И на все это сегодня, оказывается, отпускаются в России немалыебюджетные средства. Но… Еще один необъяснимый парадокс: финансируютсяне конкретные приоритетные исследования, а научные организации. То естьраспределяются бюджетные деньги не на тех, кто по-настоящему делаетнауку, ведет исследования и добивается результатов, а на количествоработающих в научных учреждениях. Например, на те же открытия в лечениирака, сделанные в Новосибирске, как было сказано на заседании комиссии,денег отпускается недостаточно.

Александра Зиновьева
Московский Комсомолец, 30.03.2012